Я проработала проституткой 25 лет

Бренда Майерс-Пауэлл по сути была еще ребенком, когда вышла на панель в начале 70-х. В этой статье Бренда в подробностях опишет, как так вышло, что ей пришлось работать на улицах.

С самого начала, жизнь относилась ко мне несправедливо, но я старалась находить что-то хорошее даже в самой отвратительной ситуации.

Я родилась в 60-х на востоке Чикаго. Моя мама умерла, когда мне было шесть месяцев. Ей было только 16. Я так и не смогла узнать об истинной причине смерти. Моя бабушка была пьяницей и добиться какой-либо вменяемой информации от нее у меня не получилось. По официальным данным смерть моей матери произошла по «естественным причинам».

Я не верю в это. Как можно умереть по естественной причине в шестнадцать лет? Я стараюсь верить в то, что Бог пожалел ее и забрал к себе. Мне говорили, что она была очень красивой и у нее было отменное чувство юмора.

Меня растила бабушка. Хоть она была и пьяницей, я не могу назвать ее плохим человеком. Она часто приводила собутыльников из баров к себе домой. Когда она отключалась, эти мужчины делали со мной всякие вещи. Впервые это случилось, когда мне было 5-6 лет. Позднее это продолжалось постоянно. Я уверена в том, что бабушка ничего не знала об этом.

Большую часть времени она проводила на работе. И мне самой приходилось ходить в детский сад.

На улицах я часто видела женщин с великолепными стильными прическами и в сияющих платьях, стоящих на дороге. Я не знала, чем они занимаются. Я была маленькой девочкой и мне просто хотелось тоже быть красивой.

Однажды, я спросила у бабушки, чем занимаются эти женщины. Бабушка ответила мне, что они снимают с себя трусики, а мужчины платят им за это. Помню, как я подумала, что мне, определенно, стоит этим заняться потому, что мужчины уже снимали с меня трусики.

Я с детства не умела говорить нет. Это, в свою очередь, привело к тому, что к 14 годам у меня уже было два ребенка. Бабушка сказала, что я должна как-то зарабатывать, чтобы прокормить детей. 

Вот так я и вышла на улицу. Мне было 14 лет, но я, все-таки, сделала это. Мне не нравилось, но мне пришлось. Я не знала, что делать, но пятеро мужчин, которых я обслужила в тот вечер, объяснили мне, как себя вести. Я была молода и это возбуждало их.

Тогда я заработала 400 долларов, но я не поехала домой на такси, а села на электричку. Практически все до единого цента я отдала бабушке. Она не спросила меня, откуда деньги.

Я продолжала продавать свое тело и, кажется, бабушка была рада, что я приношу деньги.

Однажды, когда я работала, ко мне подошли несколько парней и, угрожая пистолетом, засунули меня в багажник. Затем я оказалась на кукурузном поле, где они изнасиловали меня. Они сказали, что я работаю без представителя. 

Вот так сутенеры ломают девушек.

Затем они отвезли меня в мотель и заперли там в шкафу. Я пробыла там очень долго. Я умоляла их отпустить меня. Они сказали, что выпустят меня только, если я соглашусь на них работать.

Я работала на них порядка полугода. Я не могла вернуться домой. Я пыталась сбежать, но они все время ловили меня и избивали. Затем они продали меня другому человеку.

Когда люди описывают проституцию как нечто сияющее, элегантное и роскошное, как, например, в фильме «Красотка», они очень глубоко заблуждаются. За один рабочий день шлюха может обслужить около пяти клиентов. В год получается 1800. Это не отношения, а просто секс. Они используют мое тело примерно так, как используют туалет. 

Клиенты бывают довольно жестоки. В меня пять раз стреляли, а ножом били 13 раз. Я не могу понять, почему они так поступали. Видимо, общество считает подобного рода поступки адекватными. Они переносят всю свою злобу, все свои душевные страдания на проститутку, зная, что она не станет обращаться в полицию.

Если честно, я считаю себя довольно-таки везучей. Я знала много красивых девушек, погибших на работе.

Я занималась проституцией 14-15 лет до того, как впервые попробовала наркотики. Иногда, ваши нервы просто не могут выдержать всего этого и приходиться принимать наркотики, чтобы вернуть себе смелость продолжать работу.

Я была путаной 25 лет и за все это время я ни разу не видела свет в конце тоннеля. В апреле 1997 года клиент выкинул меня из машины. Он захлопнул дверь и мое платье застряло. Так он протащил меня несколько сот метров. Я содрала всю кожу с лица и с половины своего тела.

Я отправилась в ближайшую больницу, где меня немедленно отправили на осмотр. Из-за моих травм врачи вызвали полицию. «Я знаю ее. Она шлюха. Скорее всего, она у кого-то стащила деньги и получила за это по заслугам» – сказал полицейский, когда увидел меня. Медсестра смеялась надо мной. Они выкинули меня в вестибюль так, будто я вообще не нуждалась в какой бы то ни было помощи.

Я не знала, что делать. У меня не было совершенно никаких идей.

Когда меня, все-таки, госпитализировали, врач, лечившая меня, посоветовала мне обратиться в центр социальной реабилитации. 

Сначала, я отнеслась ко всему этому скептически, но вскоре я переменила свою точку зрения. Центр социальной реабилитации по-настоящему перевернул мою жизнь. 

Я стала волонтером, я помогала секс-работницам.

В 2008 году я открыла фонд Dreamcatcher. Он занимается проблемами детей, попавших в такую же ситуацию, в какой была и я. 

Я часто работаю с молодыми проститутками, оказавшимися в трудных ситуациях. 

Сейчас, благодаря нашим стараниям, 13 девочек из проблемных семей окончили среднюю школу и поступили в колледжи.

На свете есть, к сожалению, плохие люди, но есть и хорошие.

Даже после того, как я завязала с проституцией, мое прошлое не давало мне завязать отношения. Затем я встретила очень необычного мужчину. И вот уже десять лет мы в браке.

Мои дочери, которых воспитывала моя тетя, выросли очень порядочными девушками. Одна – врач, а другая работает в следственных органах. Недавно мы усыновили моего маленького племянника. Сейчас мне 58 лет.

Могу с уверенностью сказать, что после этих ужасающих душевных травм жизнь может продолжаться.